«Пусть Россия попробует в случае начала войны в Карабахе пробиться к Армении через Грузию»

Сегодня, 8 августа, исполняется четвертая годовщина российской агрессии против Грузии. В связи с этой траурной для грузинского народа датой в Грузии приспущены государственные флаги – в знак скорби по жертвам войны, погибшим за независимость и территориальную целостность Грузии.

Корреспондент Vesti.Az обсудил последствия августовской войны с профессором Государственного университета Илии, почетным доктором Горийского университета Олегом Панфиловым.

– Олег Валентинович, как Вы, спустя 4 года, оцениваете последствия августовской войны 2008 года?

– Начнем с России. У России появились большие внешнеполитические проблемы, потому что она оккупировала чужую территорию. Та война наглядно продемонстрировала, что кремлевская политика в отношении своих соседей ничуть не изменилась с советских времен. Причем, не имеет значения, ближний ли это сосед России, или дальний. Ситуация с Сирией сейчас показывает, что для российской внешней политики расстояние и геополитика не играют никакой роли. У России сейчас очень серьезные проблемы в связи с тем, что Путин и Медведев практически изолированы от мирового сообщества. Я, конечно, понимаю, что есть какие-то формальные редкие встречи и визиты, но все остальное, мне кажется, напрямую связано с той войной: это и экономические, и геополитические, и, особенно, дипломатические проблемы.

Теперь, что касается Грузии. У нее одна очень серьезная проблема – это увеличившееся на 35 000 человек количество беженцев. Необходимо учитывать, что новые беженцы прибавились к тем десяткам тысяч беженцев, которые появились еще в 1993 году. Но для Грузии, мне кажется, очень важна такая встряска общества, когда люди, наконец, начали понимать, и социологические опросы это показали, что Россия – это не «старший брат» и не добрый сосед. И для того, чтобы нормально жить, нужно самим строить страну и определять друзей. Это у Грузии получается, и даже очень хорошо. Я имею в виду и строительство страны, и развитие экономики с туризмом. Если сравнивать с Россией, то Грузия намного активнее сейчас на международной арене. И, наконец, Грузия определилась, в чей семье народов она должна находиться: это Европа и НАТО.

– Но ведь августовская война оказалась серьезным препятствием для Грузии на ее пути к членству в НАТО. В Североатлантическом Альянсе осознали, что если бы на момент начала войны Грузия находилась бы в составе НАТО, то это неминуемо привело бы его к военному столкновению с Россией. Можно ли сегодня, спустя четыре года, говорить о том, что та война оказала серьезное влияние на политику НАТО и США в регионе Южного Кавказа?

– Во-первых, если бы Грузия была членом НАТО, то Россия вряд ли бы решилась напасть на нее. Она не решилась бы даже завести танки. Я думаю, что было много причин для того, чтобы началась та война. Если перечислить самые основные, то это, во-первых, стремление во что бы то ни стало затормозить продвижение Грузии в НАТО.

Во-вторых, это недовольство Кремля тем, что бывшие советские республики стали по-хорошему завидовать Грузии, они стали понимать, что самостоятельная политика, без подсказок Кремля, приводит к лучшим результатам. Для Кремля было особо неприятно то, что подобная зависть была и со стороны Абхазии и Цхинвальского региона. Между прочим, со временем зависть абхазов и осетин к успехам Грузии будет лишь увеличиваться.

Но, как того и следовало ожидать, все у России получилось несколько иначе. Как говорится, хотели сделать лучше, а получилось как всегда. Сейчас движение Грузии к НАТО намного быстрее, чем это было до войны августа 2008-го.

– В следующем году в Грузии состоятся президентские выборы, участвовать в которых Михаил Саакашвили, с которым в Москве не желают даже разговаривать, уже не может. Как Вы считаете, смена руководства в Грузии может повлиять на улучшение российско-грузинских отношений? Или война 2008 года навсегда поставила крест на отношения между двумя народами?

– Нет никакой вражды между двумя народами – русским и грузинским. Ну, нет ее. В Грузию приезжает огромное количество российских туристов, которым нравится эта страна. Они понимают, что может сделать страна, выбравшая самостоятельный путь развития. Просто невозможно себе представить, чтобы между рядовыми грузинами и россиянами была хоть какая-то вражда даже на бытовом уровне. Как говорят рядовые грузины, враги Грузии те, кто сидят в Кремле. К тому же, за 200 лет совместного проживания во многих грузинских семьях есть бабушки, мамы, тети русской национальности. Хочу также обратить ваше внимание на то, что министром обороны Грузии является гражданин Грузии русской национальности – Дмитрий Шашкин. Нервная реакция в Кремле, вызванная его назначением, говорит о том, что в Москве абсолютно не понимают, какие межнациональные отношения существуют в нашей стране.

Что же касается смены в следующем году руководства Грузии, то я думаю, что отношение к Кремлю не изменится, пока он будет продолжать оккупацию 20% территории Грузии.

– Сегодня, в четвертую годовщину начала войны, в Москве встречаются президенты России и Армении Владимир Путин и Серж Саргсян. Вы не находите, что тем самым Москва как бы подает предупредительный сигнал Азербайджану, мол, в случае военного решения Карабахского конфликта его ожидает участь Грузии?

– Предугадать шаги российской политики невозможно, потому что она строится на шантаже и демонстрации силы. Это совершенно очевидно, по крайней мере, последние 20 лет. Но мне кажется, что после Сирии и особенно Ирана, у России просто не останется никаких аргументов для того, чтобы чувствовать себя какой-то державой, которая может диктовать свои условия другим странам.

– В последнее время в экспертном сообществе обсуждается очередной сценарий развития Карабахского конфликта. Говорят даже о том, что в случае начала армяно-азербайджанской войны Россия, не имеющая сухопутных границ с Арменией, будет прорываться на помощь своему форпосту через территорию Грузии. Как Вы считаете, насколько вероятен подобный сценарий?

– Некоторые увязывают это с тем, что, мол, некоторые государственные ведомства и организации Грузии переезжают из Тбилиси в другие города. Но об этом говорилось уже давно. Например, в Батуми уже давно находится Конституционный суд Грузии. В Кутаиси уже размещено одно из министерств. Это весьма удобное размещение государственной инфраструктуры, которые работают на развитие регионов.

Что же касается предполагаемых попыток России прорваться к своему союзнику – Армении – через территорию Грузии, то можно сказать лишь одно: пусть попробует.

– И, последний вопрос. Августовская война 2008 года сыграла огромную роль и в Вашей судьбе. Вы стали гражданином Грузии, занимаетесь преподавательской и журналистской деятельностью в этой стране. Не жалеете о своем выборе?

– Ни секунды не жалею.

Бахрам Батыев