Михаил Ланцман. АБДУМАЛИК АБДУЛЛОДЖАНОВ: К ВЛАСТИ В РЕСПУБЛИКЕ ПРИШЛИ ПРОФЕССИОНАЛЫ. Премьер-министр настроен оптимистично

ИЗ ДОСЬЕ “НГ”: Абдумалик Абдуллоджамов родился 1 января 1949 года в
Худжанде (бывш. Ленинабад). Окончил Одесский технологический институт и
Академию народного хозяйства при Совете министров СССР. В 1980 году
назначен заместителем министра заготовок Таджикистана, В 1987-м – министром
хлебопродуктов. в феврале 1992 года стал президентом Государственной
акционерной холдинговой компании “Нон”, в сентябре 1992 г. назначен и. о.
премьер-министра Таджикистана. 20 ноября сего года на прошедшей в Худжанде
XVI сессии ВС Таджикистана Абдуллоджанов был утвержден в должности главы
правительства.
АБДУМАЛИК Абдуллаевич, как бы вы оценили политическую ситуацию в
республике, сложившуюся сейчас, после прихода к власти нового руководства?
Есть пи признаки стабилизации обстановки?
– Ситуация очень тяжелая. У нас идут боевые действия, идет ничем не
оправданная, ненужная братоубийственная война, кем-то навязанная, в чьих-то
интересах.
В Курган-Тюбинской области и части Кулябской сожжены или разрушены все
кишлаки. Сегодня число беженцев и бездомных в республике – около 800 тыс.
человек, то есть более 120 тыс. домов сожжены. А сколько погибло людей? Но
если мы дадим волю эмоциям, то уничтожим друг друга. Сегодня боль и эмоции,
конечно, огромны, потому что с той и другой стороны грабили, убивали,
практически все семьи в Таджикистане затронуты конфликтом, у всех есть
убитые или раненые родственники.
Все же есть тенденции к улучшению. Я сегодня не могу сказать, что уже
наступила стабилизация. Но уверен, что скоро наступит. Народ приветствовал
те шаги, которые мы предприняли. А у тех, кто хочет взять реванш, я думаю,
ничего не получится. Ведь народ видит, что они играют на межрегиональном
разделении. Весь конфликт произошел на почве местничества.
– Ваш визит в Москву, наверное, связан прежде всего с урегулированием
экономической ситуации в республике?
– Экономическое положение в Таджикистане в десятки раз тяжелее, чем в
других республиках бывшего СССР. В результате вооруженного конфликта
разрушено больше 80% промышленности, на юге – практически 100%.
Непоправимый ущерб нанесен сельскому хозяйству. На юге республики, несмотря
на хороший урожай, из запланированных 700 тыс. тонн хлопка собрано только
100 тыс. Если нам сейчас не помогут, Таджикистан в ближайшие годы сам на
ноги не встанет. Цель приезда в Москву – попытаться как-то наладить
экономический механизм как внутри республики, так и во взаимоотношениях с
Россией. Мы хотим восстановить те хозяйственные связи, которые были давно у
нас. Я уверен, что Россия отнесется с пониманием. Очень хорошую помощь нам
оказывает здесь председатель Госкомсотрудничества Владимир Машиц.
Но я приехал сюда не с пустыми руками попрошайничать. В республике
достаточно природных ресурсов. Если в экономику республики вложить
достаточно средств, то через некоторое время мы с лихвой отблагодарим за ту
помощь, которую нам окажут, Я думаю, что в российско-таджикских отношениях
намечается новый виток сотрудничества.
– Вы назвали число беженцев и бездомных – около 800 тыс. Для 3,3 млн.
населения это слишком большая нагрузка. Какие сейчас нужны размеры
экстренной продовольственной помоги, чтобы не дать людям умереть с голода?
– Прежде всего нам необходимо зерно, сахар, растительное масло, чай и
медикаменты. Для того чтобы прожить зиму до нового урожая, необходимо хотя
бы 70 тыс. тонн растительного масла, зерна – чуть больше 1,5 млн. тонн.
– Какую экономическую стратегию принимает ваше правительство в долгосрочной
перспективе?
– Конечно, однозначно предпочтение отдаем рынку, будем активно развивать
частное предпринимательство, создавать сеть малых и средних предприятий. Но
ни в коем случае мы не хотим разрушить то, что уже создано. Пусть идет
параллельно государственный сектор, и кто кого вытеснит. Будем создавать
благоприятные условия для иностранных инвестиций. Сейчас мы пригласили
много советников, которые помогут нам изменить всю нашу законодательную
систему, начиная с Конституции и кончая всеми законами, которые бы
регулировали нормальную жизнедеятельность, экономическую и политическую.
Конечно, большая программа будет по подготовке кадров, по социальной защите
населения.
Программу экономического развития мы не строим на иллюзиях и эйфории. Она
основана на реальных, конкретных природных запасах и ресурсах, которые у
нас есть. Есть 7 – 8 крупных приоритетных направлений. В первую очередь
перерабатывающие предприятия хлопка. В Таджикистане в разные годы
вырабатывается до 1 млн. тонн хлопка. 10% мы перерабатывали у себя,
остальное продавали как сырье. Одно дело продавать хлопок как волокно, а
другое – в виде готовой продукции, – в 120 раз выгоднее. Еще одно
направление – это переработка овощей и фруктов. На землях республики можно
выращивать столько яблок, груш, орехов, винограда, что можно в 2 – 3 раза
перекрыть потребности бывшего СССР. У нас очень большие запасы
гидроэнергетических ресурсов, позволяющих экспортировать электроэнергию в
Другие страны. В Таджикистане одно из крупнейших в мире месторождений
серебра. В последние годы совместно с американскими компаниями мы нашли
хорошие запасы нефти и газа, и начата уже разработка месторождений. Я еще
раз говорю, что в нашей экономической программе мы основывались на
реальных, конкретных возможностях.
– Каким принципом вы руководствовались при формировании правительства?
Учитывая большую степень межрегиональных противоречий в республике, вопрос
этот, наверное, не такой простой.
– В первую очередь мы привлекали людей со всех регионов, людей, знающих
производство и экономику. Старались учитывать – из какого места, из какого
региона. Самое главное для меня – профессионализм, знание дела, умение
работать. Мы много беседовали друг с другом, и мы поставили одну цель –
поднять экономику республики и стабилизировать политическую обстановку.
Сейчас у нового правительства одна забота – оказать экономическую помощь
пострадавшим и отсталым регионам. По мере того как мы экономически завяжем
регионы, вся рознь исчезнет. Я хочу подчеркнуть, что прежде всего инъекции
мы будем делать туда, где проходил” бои – в Курган-Тюбинскую и Кулябскую
области. Одновременно очень большое внимание будем уделять “Памиру. Памир –
наше будущее. Никаких дискриминационных мер не будет. В этой связи я хочу
заметить, что у вас в газете прошла статья о том, что новое руководство
Таджикистана якобы преследует памирцев. Чеслав Путовский своими статьями
хочет опять разжигать внутри республики межрегиональную рознь. Таким людям
“дороги” не будет в республике. Таким людям мы дадим оценку.
– Какую?
– Конечно, отрицательную. Он такую чушь пишет. Мы специально посылали та
места группы для проверки и убедились, что это все не так.

– Какое государство пришедшее к власти руководство собирается строить?
– Наша республика перешла сейчас на новую форму структуры управлении.
Верховный Совет упразднил президентскую власть. Наверно, нам не нужен
Президент, потому что вое началось из-за борьбы за кресло президента. Члены
правительства и Верховный Совет однозначно высказались за построение
светского демократического государства. Конечно, мы обязательно должны
учитывать то, что наш народ в основной своей массе – мусульмане,
практически в каждой семье соблюдаются все обычаи и ритуалы ислама. Но
религия не должна вмешиваться в дела государства и в политику. Религия –
это личное дело каждого человека. Например, каждую пятницу бывает
молитвенный день, день намаза. Что из того, если я приду в мечеть и буду
имеете со всеми читать намаз? Это не значит, что я хочу построить исламскую
республику. Религия не должна вторгаться в дела государства и играть
главенствующую роль.
– Противоборствующие друг другу в Таджикистане политические силы зачастую
упрощенно делят на “исламских демократов” и “коммунистов”. Следуя этой
терминологии, можно сказать, что на XVI сессии ВС Таджикистана “коммунисты”
сменили во властных структурах “исламских демократов”. Увеличились ли шансы
на достижение гражданского мира и национального согласия? Сможет ли новое
руководство взять ситуацию под контроль?
– Насчет “коммунистов” и “исламистов” – это надуманное деление, выгодное
тем силам, которые развязали конфликт. Я еще раз повторю, что
братоубийственная война возникла в первую очередь от желания отдельной
группы людей замять “высокое кресло”. Во-вторых, немаловажную роль играет
наше межрегиональное размежевание, опор о справедливом разделе “портфелей”
между регионами.
Политические противники должны уже понять, что борьбу за власть нужно вести
только конституционным, парламентским путем. Лидеры всех партий и движений,
какие бы они ни имели политические взгляды, должны задуматься прежде всего
над сохранением нации, должны найти компромисс. Вообще таджиков не так
много. В Таджикистане – чуть больше трех миллионов. Если начать их делить:
ты из Бадахшана, ты из Куляба, ты из Гарма, Ленинабада, то национальная
катастрофа неминуема. Я думаю, наш народ за это время многое понял. Я в
прошлом году побывал в Швейцарии. Там конституция до мельчайших
подробностей учитывает соблюдение паритета представительств кантонов в
органах власти. Мы должны идти по этому же пути.
Ситуация контролируется правительством сейчас, я уверен, больше чем на 90%.
Мы и дальше будем искать пути встречи с руководителями различных партий и
движений. Они уже проводились как с моей стороны, так и со стороны
председателя ВС. Мы обязаны найти законодательный выход, для того чтобы
выжить таджикам как нации.
– Председатель ВС Таджикистана Имомали Рахмонов заявил о том, что все
противоборствующие группировки должны сложить оружие, а в случае
неповиновения будут применены жесткие меры. как такие методы урегулирования
конфликта сочетаются с переговорным процессом?
– Мы применяем десятки способов, чтобы найти путь урегулирования. ВС принял
закон об амнистии. Все делается для того, чтобы остановить
братоубийственную войну и чтобы отобрать оружие у населения.
– Если правительство на 90% контролирует ситуацию, нужен ли ввод
миротворческих сил СНГ на территорию республики?
– Да, это необходимо сделать как можно быстрее. Я уже говорил, что почти во
всех семьях есть убитые и раненые родственники. Разного рода экстремисты
будут играть на чувствах людей, призывая к кровной мести. Сейчас подходит
то время, когда республике нужна передышка, чтобы людям хоть немножко
осознать происходящее и нервы успокоить. Время – лучший лекарь.
– Существует ли проблема национального состава миротворческих сил?
– Таджикскому народу все равно, какой национальности будут миротворческие
силы. Для нашего народа важен результат. Конечно, найдутся оппоненты,
которые быстро подсчитают, кто какой национальности, чтобы потом разыграть
очередную карту раздора. Я думаю, что народ им этого не позволит.
– Может ли новое руководство Таджикистана гарантировать соблюдение прав
русскоязычного населения на территории республики?
– Мы хотим не только остановить поток эмиграции русских из Таджикистана, но
и вернуть тех, кто уже уехал. Правительство гарантирует безопасность их
жизни и имущества. Русский народ сделал для нас очень , много. Это сразу
видно, если сравнить уровень жизни в Таджикистане и Афганистане в советский
период. Люди, обычаи, язык одни и те же. Но афганцы мечтали хотя бы раз за
свои 40 – 50 лет досыта наесться хлеба и в теплой квартире спать, а у нас
было все.