На вопросы газеты «Литер» отвечает советник президента Казахстана Ермухамет Ертысбаев

– Сегодня, наконец, состоялось событие, ожиданием которого целый год жили не только политическая элита, но и все казахстанцы, переживающие за свою страну.

Безусловно, саммит Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе на высшем уровне, который проводится на нашей земле и исключительно благодаря инициативе нашей страны, – достойный финал председательства Казахстана в ОБСЕ. Что же стало решающим аргументом решения глав государств и правительств – от Ванкувера до Владивостока – собраться в Астане? Ведь сегодня можно встретить не одно суждение на этот счет: кто говорит о пиар-задачах Казахстана, и решающую роль здесь сыграл международный авторитет Назарбаева; кто – о накопившихся в мире проблемах, и Казахстан лишь подсказал идею, которая давно витала на этом гигантском географическом пространстве. Как по-вашему?

– Великое событие происходит сегодня на древней казахской земле! И поздравляя всех казахстанцев с этим грандиозным международным мероприятием, давая оценку сегодняшнему саммиту ОБСЕ в Астане, буду опираться только на факты и известные реалии. ОБСЕ переживала определенный кризис в последние годы. Все страны–участницы ОБСЕ, единогласно проголосовав три года назад за председательство Казахстана в этой организации, тем самым продемонстрировали, что крайне заинтересованы именно в таком политическом лидере, как Казахстан. Наша страна зарекомендовала себя как стабильная страна с открытой рыночной экономикой и развитой политической демократией, как страна, свободная от политической конъюнктуры во внешней политике, поддерживая ровные и добрые отношения со всеми странами. Конечно, как молодое независимое государство, образовавшееся после распада СССР, новый Казахстан ставил перед собой амбициозные задачи, стремясь быстро занять достойное место в мировом сообществе. Этим во многом объясняется тот динамизм и напор, с которыми Казахстан осуществляет свое председательство в одной из самых влиятельных международных организаций в мире.

Трудно выделить главный фактор в решении глав государств собраться сегодня в Астане. Безусловно, доминирует миротворческая деятельность Нурсултана Назарбаева, здесь авторитет главы государства общепризнан на международной арене. Международные эксперты неоднократно подчеркивали и выделяли вклад Казахстана в укрепление международной безопасности. Наша страна зарекомендовала себя как авторитетный партнер в мировом сообществе, предсказуемая страна, открытая для диалога. Когда страны–участницы ОБСЕ единогласно голосовали за наше председательство, то акцентировали внимание на уникальной модели межнационального мира и согласия в Казахстане, успешной рыночной модернизации. Казахстан занимает первое место в СНГ по иностранным инвестициям на душу населения, но, выдвигая, например, идею Центрально-Азиатского союза государств, наш президент, в сущности, мечтает о том, чтобы казахстанская рыночная модель была распространена на всей территории Центральной Азии. А это же фундаментальный стержень безопасности и стабильности в регионе.

Вообще, если я не ошибаюсь, саммиты должны проводиться один раз в два года. Последний саммит глав государств проходил 11 лет назад в Стамбуле. Инициатива Казахстана – это не пиар-задача, а стремление возродить функциональную задачу и ответственность ОБСЕ как организации и напомнить руководителям государств, входящих в ОБСЕ, о своей ответственности перед своими народами и всем мировым сообществом.

– Глава нашего государства, тем не менее, предупредил, что встреча в Астане не станет саммитом готовых решений. В таком случае как вы оцениваете потенциал этой дискуссионной площадки? Удастся ли казахстанскому председательству сдвинуть с мертвой точки инертный потенциал ОБСЕ и способствовать ее выводу на более действенный, активный уровень?

– Я очень высоко оцениваю потенциал диалоговой площадки саммита глав государств в Астане. Приверженность всех государств духу и букве Хельсинкской декларации, подтверждение всех обязательств по вопросам глобальной безопасности и сотрудничества – это дорогого стоит, если подводить итоги первого десятилетия ХХI века. Вспомните, сколько конфликтов произошло за прошедшее десятилетие, начиная с ужасающего террористического акта в Нью-Йорке 11 сентября 2001 года. Что касается «инертного потенциала ОБСЕ», как вы выразились, то это уже в прошлом, благодаря нашему председательству. Помню, в октябре прошлого года я участвовал в телемосте ТРК «Мир». Говорили о предстоящем председательстве, и российский журналист Аркадий Дубнов сказал, что председательство – это чисто техническая функция, ничего не значащая. Он задал вопрос: «Скажите, какая страна сейчас является председателем ОБСЕ?» (На тот момент была Греция.) Никто в аудитории не ответил. Если сейчас задать такой же вопрос среднестатистическому европейцу или американцу, ответ последует незамедлительно: «Казахстан».

Да, действительно, трудно найти готовое решение. Мы не планировали произвести революционные изменения. Казахстан стремился обеспечить позитивную динамику во взаимоотношениях государств и в решении насущных проблем на всем пространстве организации. И многие задачи были решены. Не буду повторять, так как недавно президент страны подробно проинформировал о предварительных итогах председательства Казахстана мировое сообщество через ряд авторитетных международных СМИ.

– Казахстанское председательство, по оценкам ряда известных политиков и экспертов, стало одним из самых активных и инициативных за всю историю существования организации. Как вы думаете, сохранится ли подобная активность нашей страны в ОБСЕ после 2010 года? Следующий председатель – Литва, а в 2013 году ОБСЕ возглавит Украина. Не кажется ли вам, что, учитывая сохраняющееся «особое» отношение западных стран к постсоветским, современная практика Запада в этом плане не только сохранится, но и усилится, а именно: ОБСЕ – для дискуссий и выпуска пара, а НАТО – для реальной политики?

– Я принимал участие практически во всех мероприятиях ОБСЕ в этом году и не сказал бы, что существует «особое» отношение с негативным подтекстом к странам СНГ. Напротив, даже развитые демократии с удивлением и искренним уважением относятся к тем грандиозным изменениям, которые в короткий исторический срок, произошли в постсоветских странах. Я уверен, что казахстанский импульс и энергия сохранятся в ОБСЕ и при Литве, и при Украине. Во-первых, потому что, по традиции, каждое новое председательство обеспечивает преемственность в работе предыдущих действующих председателей. Во-вторых, Казахстан еще два года будет входить в «тройку» ОБСЕ и будет продолжать существенно влиять на механизмы принятия решений в этой организации.

– Если говорить о «готовых решениях», то можно, конечно, поспорить. Но я убежден в том, что такое глобальное, причем единственное, прорывное решение было принято в 1975 году в Хельсинки в виде Заключительного акта, собственно, ради чего Совещание и созывалось. Последовавшая разрядка в отношениях между СССР и США, Варшавским договором и НАТО – это игра, которая стоила свеч. Нынешний статус, полномочия и даже авторитет ОБСЕ не позволяют надеяться на то, что она способна сделать нечто подобное в отношении любой из набора грозящих человечеству катастроф – будь то экономическая, гуманитарная или экологическая, не говоря уже о военной.

Между тем понятно, какой аналог Хельсинкского акта сегодня остро необходим планете – обеспечивающий разрядку напряженности между Востоком и Западом, исламским и христианским мирами, развивающимся и развитым секторами планеты. Безусловно, позитивно, что мировое сообщество коллективными усилиями пытается решить афганскую проблему. Но есть две Кореи, есть Ирак, есть Иран, и то ли еще будет, в зависимости от характера решения этих проблем и соответствующей реакции сопредельных и сочувствующих государств… В связи с этим представляется ли вам реальной возможность созыва подобного «суперсовещания»? Перспективна ли в этом плане, к примеру, активность Казахстана как члена «тройки» ОБСЕ и председателя ОИК? Видите ли вы иные возможности?

– Я согласен с вашей оценкой Заключительного акта в Хельсинки в 1975 году. Я хорошо помню то время, был студентом исторического факультета и жадно интересовался внешней политикой. Нам постоянно внушали, что система капитализма спит и видит, как бы напасть на нас и уничтожить социализм. В свою очередь, на Западе постоянно трубили, что Советский Союз, эта «империя зла и насилия», рано или поздно начнет ядерную войну против них. И то, что произошло в Хельсинки в 1975 году, – это действительно было мощным прорывом во всех отношениях. Но кто в конечном итоге выиграл, если называть вещи своими именами? Какая система выиграла, если исходить из реалий противостояния двух тогдашних систем – капитализма и социализма? Безусловно, выиграла система капитализма. Пока шла гонка вооружений и подготовка, так или иначе, к ядерной войне, Союз был на плаву, хотя и тяжело для экономики давалась эта гонка вооружений. Но открытость общества, демократические ценности, права человека и в целом политика разрядки напряженности в конечном итоге разрушили и систему социализма и Советский Союз.

Я вам скажу так, что если принимается какое-то большое готовое решение, то всегда будут победители и проигравшие. Меня постоянно журналисты спрашивают: а будет ли готовое решение по Нагорному Карабаху? А будут ли подобные решения по Грузии, по Косово? В наших реалиях это звучит так: кто выиграет, а кто проиграет? Может быть, и поэтому наш президент Нурсултан Назарбаев откровенно и честно сказал, что нынешний саммит не может быть саммитом готовых решений. Мне нравится ваше сравнение ОБСЕ и НАТО. Как вы сказали, ОБСЕ – для дискуссий и выпуска пара, а НАТО – для готовых решений? Пусть будет так. Знаете, иногда лучше выпускать пар и дискутировать, чем принимать готовое решение. В свое время и НАТО, и Варшавский договор принимали готовые решения по вводу войск в те или иные регионы. Как правило, эти готовые решения приводили к очередному всплеску противостояния и ставили все человечество на грань самоуничтожения. Было это, но, слава Аллаху, все в прошлом. Будем дискутировать и выпускать пар, будем трансформировать ОБСЕ, будем предлагать позитивные вещи в международно-правовой, военно-политической, экономической, экологической и гуманитарной областях. Облегчим жизнь наших народов, сблизим народы через диалог и взаимопонимание. В этом непреходящая ценность астанинского саммита ОБСЕ.

– Давайте перейдем от глобальных проблем к местным. Если говорить о пиар-составляющей председательства Казахстана в целом и саммита в частности, насколько эффективно наша страна использовала соответствующие возможности? Наблюдаете ли вы в эти дни элементы заорганизованности, навязчивого сервиса, что всегда неизбежно при особо тщательной и ответственной подготовке?

– Нет ничего идеального и совершенного, но очевидно для всех, что Казахстан творчески, добросовестно и динамично подошел к своей роли председателя ОБСЕ. Что касается заорганизованности и навязчивого сервиса, то знаете, у меня, наоборот, через призму логистики есть определенные опасения и тревога: все-таки впервые за 19 лет независимости Казахстана в новой столице проводится столько грандиозный международный форум. Справимся? Уверен, что все будет хорошо. И вообще, лучше навязчивый сервис, чем отсутствие внимания, с которым иногда сталкиваешься в Брюсселе или Копенгагене: там же подобные мероприятия проводятся часто и уже не с таким энтузиазмом.

– Так называемый «параллельный» саммит? Каково ваше отношение к этому мероприятию? Помнится, месяц назад вы говорили, что это попытка отдельных деструктивных сил дискредитировать саммит глав государств ОБСЕ в Астане…

– Все знают отношение президента Назарбаева к неправительственным организациям. Еще 5 лет назад наш президент поставил задачу – довести финансирование НПО до миллиарда тенге в год. Задача выполнена и перевыполнена – вместе с республиканским бюджетом и областными бюджетами сумма значительно выше указанной. Не скрою, что были противники проведения параллельного саммита НПО в Астане, но я знаю, что лично президент Назарбаев дал указание, чтобы саммит НПО прошел в Астане 28–29 ноября. В НПО президент видит каркас гражданского общества.

Теперь я поясню свою точку зрения. В Казахстане сейчас действует порядка 7 тысяч НПО. Я знаю многих руководителей и активистов НПО и скажу вам, что это настоящие патриоты своей страны, профессионалы и фанатично преданные своему делу люди. Но есть несколько так называемых НПО, которые финансируют беглые миллиардеры и государственные преступники, скрывающиеся за рубежом. Задача этих «активистов» – на международных форумах всячески обливать грязью Казахстан, постоянно говорить, что «в Казахстане диктатура, нет демократии и прав человека». Например, 26 ноября в Пирамиде на обзорной конференции ОБСЕ Владимир Козлов, руководитель незарегистрированной партии «Алга!», действуя по принципу «ради красного словца не пожалеть и отца», громогласно заявил, что в этом году «кончается позор председательства Казахстана в ОБСЕ». Все иностранцы, которые высоко оценивают наше председательство, были в шоке и в недоумении. Причем Козлов, выполняя задания из Лондона, методично обливает грязью Казахстан и в Варшаве, и в Вене, и в Копенгагене, и теперь в столице нашей родины. Вот я категорически против таких «лидеров НПО». Но у нас есть свобода слова – пусть говорит. Хотя, с одной стороны, странно: если человек оскорбит другого человека, да еще публично, то есть статья в Уголовном кодексе. Но как быть с человеком, который публично и постоянно оскорбляет свою страну, да еще называет себя кандидатом в президенты? Сдается мне, что это тщательно отрежиссированный политтехнологический план, но он дурно пахнет. Однако не будем отвлекаться на такие мелочи, тем более, в такой торжественный и знаменательный день.

Я участвовал в работе параллельного саммита НПО 28–29 ноября. У нас сейчас все выходные дни превратились в рабочие. Мне очень понравилось на параллельной конференции Гражданского общества ОБСЕ. Понравилась атмосфера, понравились люди. Мы обсуждали фундаментальные свободы и разработали рекомендации ОБСЕ по выполнению обязательств в области человеческого измерения. Специальная сессия была посвящена обсуждению этих проблем в странах бывшего Советского Союза с фокусом на Центральную Азию. Также рассматривались вопросы усиления способности ОБСЕ эффективно реагировать на политические и гуманитарные кризисные ситуации.

– Вы выступали? Чьи выступления вам запомнились?

– Мне запомнились выступление Сони Зильберман (Всемирный альянс гражданского участия), видеообращение Людмилы Алексеевой (Московская Хельсинкская группа). Очень содержательно выступали Олег Панфилов (профессор из Грузии), Бьорд Енгесланд (Норвежский Хельсинкский комитет), наши правозащитники – Юрий Гусаков и Жемис Турмагамбетова. На высоком профессиональном уровне выступила профессор Высшей школы экономики из Москвы, эксперт БДИПЧ ОБСЕ Нина Беляева. Был принят и подписан заключительный акт конференции – итоговый документ. Надеюсь, что главы государств прислушаются к голосу мирового гражданского общества.

Да, я принимал участие в дискуссиях и рассказал о том, как в Казахстане взаимодействуют власть и НПО. Понимаете, я глубоко убежден, что здесь нужен взаимный процесс сближения через призму именно сотрудничества. Власть и НПО обречены сотрудничать, если хотят, чтобы государство процветало, чтобы в обществе был высокий уровень безопасности. В любой стране есть три основные сферы жизнедеятельности – это власть, бизнес и общество. Так вот общество как раз и представляют НПО. Сейчас в Казахстане действуют 7 тысяч НПО, а должны быть 70 тысяч. Например, Фрэнсис Фукуяма называл США страной неправительственных организаций. Я тоже мечтаю, что Казахстан со временем станет страной неправительственных организаций. Это будет самой фундаментальной основой нашего суверенитета, нашего прогресса и процветания. Потому что самое главное богатство Казахстана – это не нефть, газ и цветные металлы, а люди с активной гражданской позицией.

Беседовал Петр КАРАВАЕВ, Астана