Тяжбу между «Первым Кавказским каналом» и Eutelsat будет разбирать суд

Михаил Гуткин | Нью-Йорк

4-го февраля Арбитражный суд Парижа начнет слушания по иску Общественного телевидения Грузии (ОТГ) к французской спутниковой компании Eutelsat. По словам представителей ОТГ, иск подан из-за изменения условий контракта, что привело к прекращению спутникового вещания русскоязычного телеканала «Первый Кавказский».

Спор между Eutelsat и ОТГ быстро оказался в политической плоскости. Грузинская сторона называет отключение французской компанией вещания «Первого Кавказского канала» результатом давления России, осуществленного через «Газпром». «Сначала в России было заблокировано свободное мнение, затем «Газпром» сумел получить контроль над многими медиасредствами на Западе, попытался создать параллельную реальность, – заявил президент Грузии Михаил Саакашвили. – А сейчас блокирование альтернативного мнения происходит и за пределами России, дабы выставить параллельную реальность «Газпрома» как единственную истину».

Телеканал «Первый Кавказский», финансируемый правительством Грузии, начал вещать 5 января по Интернету, а с 18 января вышел на спутниковое вещание в тестовом режиме. По словам руководства канала, его задачей является оперативное и объективное освещение событий в Грузии и в мире, включающее то, что остается «за кадром» на российских телеканалах. Лицами «Первого Кавказского» стали директор Центра экстремальной журналистики Олег Панфилов и Алла Дудаева, вдова президента самопровозглашенной Ичкерии Джохара Дудаева. И Панфилов, и Дудаева получили грузинское гражданство. В конце января канал отключили от французского спутника. Сейчас «Первый Кавказский» доступен только по Интернету и кабельным сетям Грузии.

В интервью Русской службе «Голоса Америки» генеральный продюсер «Первого Кавказского» телеканала Зураб Двали сказал, что основанием для подачи иска против компании Eutelsat стало «невыполнение французской стороной тех обязательств, которые они брали на себя во время рассмотрения контракта с Общественным вещателем Грузии». По его словам, руководство Eutelsat без разъяснений изменило условия контракта, и он стал неприемлем для грузинской стороны.

Пресс-секретарь Eutelsat Ванесса О’Коннор в беседе с корреспондентом Русской службы «Голоса Америки» подчеркнула, что французская компания «еще не подписала контракт» с ОТГ. Со своей стороны, Двали также признал, что «подписанного французской стороной контракта у нас на руках нет». Вот как объяснил это обстоятельство генеральный продюсер «Первого Кавказского»: «Контракт, подготовленный французской стороной, был выслан нам в Тбилиси. Мы его подписали и отправили в Париж. Французская сторона подтвердила получение документа и начала выполнять пункты этого контракта, одним из которых было начало вещания в тестовом режиме. Если французская сторона не хотела с нами сотрудничать, зачем она подготовила для нас этот контракт? И если они не собирались выполнять этот контракт, зачем они начали транслировать сигнал из Тбилиси на своем спутнике?»

О’Коннор ответила на это, что с грузинской стороной велись переговоры, «и мы надеялись заключить соглашение». Она также сообщила, что вещание в тестовом режиме осуществлялось в соответствии с договоренностью, которой были обусловлены даты начала и окончания тестового вещания. Так что, по ее словам, прекращение тестового вещания в отсутствии подписанного контракта «не должно было стать неожиданностью для грузинской стороны».

По словам Зураба Двали, в середине января французская сторона обещала выслать подписанный контракт, «и ничто не предвещало проблем». «Мне кажется, что французская сторона лукавит, утверждая, что не собиралась выполнять условия этого контракта», – добавил он.

По словам руководителей грузинского канала, компания Eutelsat изменила условия контракта после того, как 15 января объявила о подписании соглашения по долгосрочной аренде 16 транспондеров с Международной организацией космической связи «Интерспутник», штаб-квартира которой находится в Москве. В частности, ресурс будет предоставлен «Газпром-Медиа» для увеличения числа каналов в пакетах «НТВ плюс» и «Триколор». Об этом соглашении было объявлено после того, как был введен в эксплуатацию новый спутник Eutelsat W7. Спутник был выведен в позицию 36 градусов восточной долготы с космодрома Байконур ракетой-носителем «Протон» 23 ноября 2009 года.

Комментируя заключение соглашения, генеральный директор Eutelsat Мишель де Розан назвал «ввод нашего нового аппарата W7 высокой мощности важной вехой во взаимоотношениях между Eutelsat и Россией, которые были установлены более 15 лет назад в целях развития спутникового ТВ». «Сегодня, учитывая наличие почти 200 спутниковых каналов и свыше шести миллионов подписчиков, российский рынок спутникового телевидения представляется исключительно динамичным и обладающим огромным потенциалом для дальнейшего роста, – говорится в пресс-релизе французской компании. – Мы гордимся тем, что мы продолжили укреплять сотрудничество с нашим долговременным партнером МОКС «Интерспутник», который вместе со своими клиентами стремится развивать услуги вещания и доступа в Интернет в России».

Грузинская сторона заявляет, что Россия перекупила вещательные частоты, об использовании которых у ОТГ была договоренность с Eutelsat. «Тот сегмент на французском спутнике, о котором у нас была предварительная договоренность, был перепродан российскому концерну», – заявил Зураб Двали. При этом он сослался на французскую газету «Фигаро»: «Французские коллеги написали, что все происходит из-за беспрецедентного давления Москвы на французскую компанию». «Наша сторона обладает определенной информацией из неофициальных источников, которые я не хочу называть, – добавил Двали. – Но в престиже газеты «Фигаро» ни у кого нет сомнения».

Заместитель директора ОТГ Майя Бичикашвили накануне сказала в интервью газете «Нью-Йорк Таймс», что французская компания «сначала заявила грузинскому телеканалу о том, что прекратила пробную 11-дневную трансляцию из-за опасений по поводу содержания русскоязычных программ. И лишь позднее ее представители сказали, что трансляция прекращена в связи с полной загруженностью спутника».

Ванесса О’Коннор опровергла это заявление. «Eutelsat является оператором спутников, предоставляющим емкости для телевизионного вещания и услуг связи, – сказал она. – Регулирование контента не входит в компетенцию Eutelsat. У компании нет политической повестки».

Представители компаний «Интерспутник» и «Газпром-Медиа», к которым Русская служба «Голоса Америки» обратилась за комментариями, на эти запросы не ответили. Представитель «Газпром-Медиа» Ирина Земкова сказала агентству «Интерфакс», что в резервировании емкости на французском спутнике «никакой политической подоплеки и даже никакой связи с грузинским каналом не было и быть не может».

О’Коннор также заявила, что «нет абсолютно никакой связи между емкостью, арендованной «Интерспутником» на W7, и какой-либо другой деятельностью, осуществляемой Eutelsat». По ее словам, контракт с компанией «Интерспутник» был подписан «много-много-много месяцев назад», и в этом контракте были оговорены охват, частоты и все другие параметры, в которых был заинтересован этот клиент. Она объяснила, что пресс-релиз о контракте был выпущен лишь 15 января «в соответствии с существующей в Eutelsat практикой, согласно которой сообщения о подписанных контрактах делаются только после введения в эксплуатацию спутника, о котором идет речь».

Компания Eutelsat предложила ОТГ вещание на другом спутнике, который носит название W2А, однако грузинскую сторону это не устраивает. «Мы хотим вещать именно в тех параметрах и именно на том спутнике, о которых говорилось ранее, – сказал Зураб Двали. – То, что нам предлагает сегодня французская сторона, означает, что нас фактически никто не увидит ни в России, ни на Северном Кавказе без того, чтобы приобрести дополнительную аппаратуру – специальный декодер, тарелку и так далее. Весь смысл нашего вещания в таком случае теряется. Это со стороны французов попытка сделать хорошую мину при плохой игре. Для того чтобы подсластить пилюлю, они нам говорят, что, мол, «мы же вам не отказываем – мы вам предлагаем другой спутник». А кому это нужно? На том спутнике нет ни одного мало-мальски престижного канала. Зачем нам спутник, который никто не смотрит? Нам нет смысла оплачивать такое вещание. Мы будем искать другой спутник, других партнеров для продолжения нашего вещания».

Ванесса О’Коннор, однако, указывает, что присутствие сигнала на спутнике вовсе не гарантирует, что все направленные на этот спутник тарелки смогут принять этот сигнал. Она, в частности, указывает, что во время тестирования «Первого Кавказского канала» в январе вещание велось на иной частоте и в ином режиме поляризации, чем те, которые используются большинством каналов, принимаемых антеннами, направленными на W7. «То оборудование, которое имеется у большинства людей в данном регионе, и которое позволяет принимать спутниковое телевидение, не могло принимать сигнал грузинского канала в тестовом режиме, потому что эти тарелки слишком маленькие, а декодеры настроены на другие технические параметры, – сказала она. – С точки зрения потенциальной аудитории нет никакой разницы между спутниками W7 и W2А».

Большинство популярных телеканалов входят в платные спутниковые пакеты, приобретая которые, абонент получает и необходимое для приема телесигнала оборудование. Это оборудование, однако, не принимает каналы, не входящие в пакет, даже если сигналы этих каналов передаются с того же спутника. В России ведущей спутниковой телекомпанией является «НТВ плюс». Маловероятно, что «Первый Кавказский» сможет войти в один из пакетов, предлагаемых этой компанией.

О’Коннор утверждает, что спутник W2А по некоторым параметрам, в частности, по мощности, даже превосходит W7. «Для того чтобы принимать сигнал грузинского канала в тестовом режиме, нужна была антенна диаметром более метра, – пояснила она. – Для приема сигнала с W2А нужна антенна диаметром около 80 сантиметров».

«Наше предложение о трансляции грузинского канала через спутник W2А пока остается в силе, – сказала О’Коннор, – но оно не будет в силе вечно – спрос на емкости достаточно высок. Мы надеемся, что сможем достичь соглашения».

Парижский адвокат грузинского телеканала Анри Д’Арманьяк сказал агентству РИА «Новости», что намерен предоставить «все доказательства того, что у нас заключен контракт». «В суде мы потребуем выполнения этого контракта, – пообещал адвокат. – Это длинный и тяжелый процесс. Если нам откажут, мы будем настаивать на возмещении ущерба».

Зураб Двали призвал «международные журналистские круги и правозащитные организации в Европе и в США, которые стоят на страже идей демократии и свободы слова», поддержать «Первый Кавказский канал». Пока подобных заявлений со стороны этих организаций не последовало.